| успеть |
[Dec. 16th, 2009|02:43 pm] |
Несколько дней назад на мой день рождения мой дом ходил ходуном - пришло больше трех десятков прекрасных людей, глинтвейн был потрясающим (спасибо Манэ, Кате и добавлявшему ром Алику!), танцы громкими, песни проникновенными, дурдом самым настоящим, а я к тому же еще и обзавелся подаренной майкой с волком из "Ну погоди!". Поздравления были отовсюду, а переехавшая в Брюссель Аня писала мне о том, что шлет в мою сторону подарок, завернутый в осенние листья (которых еще полно в Брюсселе), а внутри будут хорошее здоровье, верные друзья, честная любовь, завораживающие карьерные повороты, доступные цены на самолетные билеты, время читать, смотреть и слушать все достойные внимания проявления креативности человеческой расы, а также немного мидий в белом вине, устриц с шампанским и может быть даже одна вафля.
Я вспоминал день рождения ровно пять лет назад. Я был в Бирме, в Мандалае, и сидел на вершине холма, где был построен буддистский храм; и я смотрел на закат. На все четыре стороны вокруг меня была ровная как блин плоскость - совсем внизу город, а дальше просто исчерченные кривыми линиями поля, еще дальше громадная река Иравади, а за ней уже, совсем далеко, горы. Никто вокруг ничего не знал обо мне, или о моем дне рождения - точно так же как я ничего не знал об этом мире, который был для меня ровно тем, что открывалось перед моими глазами: идеально ровной, исполосанной полями, плоскостью, настолько идеальной, что в ней сложно было опознать землю.
Я думал, сколько на свете всего надо успеть сделать и успеть увидеть. Сейчас, через пять лет, я уже и не помню, сидел я тогда в свой день рождения на вершине холма до или уже после того, как плыл на лодке вверх против течения реки Иравади, чтобы посмотреть на остатки грандиозного храма. Правитель хотел построить самую большую ступу в мире, но успел построить только основание для нее - но и это основание своими размерами просто потрясает воображение; пытаешься просто представить, каким размером была бы эта ступа, если бы правитель не умер и успел бы все сделать. Его преемники это дело забросили, и основание ступы превратилось, пожалуй, в самую большую кучу кирпича в мире - потом землетрясение раскололо эту кучу надвое гигантской грозной трещиной - так и стоит сейчас эта треснутая ступа, как напоминание о необходимости соизмерять усилия и желания с количеством отведенного на них времени.
И тогда пять лет назад я сидел на закате и впитывал каждую секунду этого вечера, зная, что впереди может быть много еще таких секунд - и мир настолько прекрасен и громаден, что надо постараться все успеть. Я не знал тогда, что через две недели мир станет с ног на голову, когда я не успею всего на несколько дней - тех самых проведенных в Бирме дней - застать в живых своего отца, который мне казалось никогда не умрет и которого я всегда еще успею увидеть, но который все равно умрет, как многие из нас умрут - один - смотря в зеленую стену больничной палаты, в восемь утра, в свой день рождения. |
|
|